• МЛЦ - реоэнцефалография.

Валентин Ежов, Рустам Ибрагимбеков. «Белое солнце пустыни». Киноповесть

— В Черной крепости его через трубу надо было брать, — вздохнул Сухов.

— Так он через нее и ушел. Я же не знал, что там ход. Сухов! — вдруг взмолился Рахимов. — Помоги!.. С тобой мы его враз прикончим. Ты ведь один целого взвода стоишь, а то и роты.

— Нет уж, хватит, — сказал Сухов. — Мне домой пора. Я и так большой крюк дал. Теперь по гипотенузе пойду — она короче. До Астрахани дойду, а там до Нижнего — по воде... Ты уж пойми меня — не могу.

— Сухов! — сказал Рахимов совсем жалобно. — Доведи хоть баб до Педжента, сделай милость. По рукам и ногам связали — пешком ходим. Захвати их с собой, а?.. Этот чертов гарем! Девять штук. Освободили. А теперь маемся. С ними нам Абдуллу никак не догнать.

— Зря, — сказал Сухов.

— Что зря? — не понял Рахимов.

— Освободили зря. Там бы они живыми остались. А теперь он их наверняка убьет, раз они у тебя побывали.

— Да ты что! Мы даже лиц-то их не видели, понимаешь?

— Я понимаю, а Абдулла не поймет. Эх, ты, Рахимов, здесь родился, а Востока не понимаешь. Сперва надо было с ним управиться, а потом уж жен освобождать... Восток — дело тонкое.

— Значит ты должен взять баб!

— Многовато для меня, — улыбнулся Сухов. — Одну бы мог для услаждения жизни. Рахимов сразу посуровел.

— Не надо с этим шутить. Это первые освобожденные женщины Востока. Сухов продолжал улыбаться. Вдруг он увидел Саида, который, прихрамывая, появился из-за бархана.

— Ты как здесь оказался? — удивился Сухов.

— Стреляли, — ответил Саид и уселся на песок.

— Слушай, Сухов, — сказал Рахимов, воспользовавшись паузой, — я тебе человека дам, лошадь, пшена... а, Сухов? Доведи их до Педжента. Сейчас ведь, может, на триста верст никого из наших...

— Это точно, — согласился Сухов.

— Вот и хорошо, — почему-то обрадовался Рахимов, — вот и договорились... По коням! — заорал он, вскочив на ноги. Сухов продолжал лежать на песке, удивленно глядя на него.

— Товарищи женщины! — Рахимов был уже в седле. — Не бойтесь! С вашим мужем-эксплуататором мы покончим, а пока вы поступаете в распоряжение товарища Сухова. Он вас будет кормить и защищать. Он хороший человек!

— Стой! — закричал Сухов. — Стой! — Он вскочил на ноги. Но отряд уже скакал вслед за Рахимовым, оставив Сухову молодого красноармейца Петруху с лошадью и женщин. Сухов подскочил к Петрухе и схватил его винтовку. Но выстрела не получилось — осечка.

— Тьфу! Чтоб тебе! — Сухов в сердцах стукнул прикладом о песок, и раздался выстрел. — Ну что же мне, всю жизнь по этой пустыне мотаться?! Саид молча наблюдал за Суховым.

— Не ходи в Педжент, — сказал он, когда Сухов, бросив винтовку, повернулся к женщинам. — Абдулла придет туда.

— Конечно придет. Разве бросит он своих баб, — буркнул Сухов. — Подъем! — закричал он женщинам. Те испуганно вскочили на ноги.

— Отдай коня! — приказал Сухов Петрухе и показал на Саида. Петруха передал повод коня Саиду.

— А как вы их различали? — Сухов смотрел на закутанных в чадры женщин.

— Вот список, — подскочил к нему Петруха, вынув из кармана лист бумаги.

Сухов взял список, некоторое время разглядывал его, потом приступил к перекличке.

— Зарина, Джамиля, Гюзель... — читал он имена женщин, а те одна за другой выстраивались перед

ним в шеренгу, как солдаты. — Саида, Хафиза, Зухра, Лейла, Зульфия, Гюльчатай...

Гюльчатай в сторонке на песке играла с черепахой.

— Гюльчатай! — Сухов повысил голос.

Гюльчатай, бросив черепаху, подбежала к остальным женщинам.

— Напра... — крикнул Сухов, когда она заняла свое место в шеренге, и... вспомнил вдруг свою супругу Екатерину Матвеевну. Она стояла, прислонившись к молодой березке, такая далекая, такая непохожая на этих закутанных в чадры женщин пустыни...

— За мной, барышни, — скучно сказал Сухов, так и не закончив команды. Тяжело вздохнув, он зашагал по песку. Женщины гуськом заспешили следом; за ними шел Петруха. Саид верхом на коне замыкал «колонну».

А Сухов мысленно писал бесконечное письмо своей Катерине Матвеевне: «Душа моя рвется к вам, ненаглядная Катерина Матвеевна, как журавль в небо. Однако случилась у нас небольшая заминка... Полагаю, суток на трое, не более, а именно: мне, как сознательному бойцу, поручили сопроводить группу товарищей с братского Востока. Отметить надобно — народ подобрался покладистый, можно сказать, душевный, с огоньком, так что ноги мои бегут по горячим пескам в обратную сторону, потому как долг революционный нас к тому обязывает...»

Они подошли к Педженту в разгар солнечного дня. Пыльный, каменный, одноэтажный городишко, отделенный от пустыни полуразрушенной стеной, был заметен издали по причине дворцовой постройки с куполами и минаретами, возвышавшейся над пологими барханами пустыни. Сухов продолжал свое письмо:

«Еще хочу сообщить вам — дислокация наша протекает гладко, в обстановке братской общности и согласия. Идем по пескам и ни о чем не вздыхаем, кроме как об вас, единственная и незабвенная Катерина Матвеевна. Так что вот зазря убиваться не советуем. Напрасное это занятие...» Миновав несколько кривых улочек города, Сухов и его спутники вышли к Педжентскому дворцу. Щедро украшенное резьбой по камню и изразцовым орнаментом главное здание дворца было окружено высокой стеной. Дверь, ведущая во внутренний двор, была заперта. Над ней висела вывеска: «Музей красного Востока».

Сухов постучал в окованную железом дверь. Тотчас же, будто их ждали, из-за нее последовал ответ:

— Умоляю, только не в музей! Здесь величайшие ценности! Голос был взволнованный, с чистым русским произношением.

— Погоди, — сказал Сухов, — открой дверь... Ты откуда взялся? — спросил он, увидев на пороге пожилого русского человека с бородкой клинышком и тюбетейкой на голове.

— Я хранитель музея. Моя фамилия Лебедев.

— Понятно, а где население?

— Спряталось. Прошу вас, уведите отсюда гарем, здесь величайшие ценности!

— Вот что, товарищ Хранитель, — строго сказал Сухов, — эти девять освобожденных женщин Востока — тоже величайшая ценность. И давайте не спорить. Вопросы есть? Вопросов нет. За мной! Сухов отодвинул хранителя и шагнул во двор. За ним последовали Петруха и женщины. Лебедев остался у двери; он растерянно смотрел на бандита из шайки Абдуллы, который следил за ним из-за колонны, угрожающе выставив револьвер. Сухов вытащил из кармана гимнастерки список.

<<   [1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] ...  [11]  >> 


Главная | Пьесы | Сценарии | Ремесло | Список | Статьи | Контакты